Баня на Куйбышева

Часть 2. Попытки поставить на госохрану

Общее отделениеВ прошлой статье мы рассказывали историю знаменитой бани в столице Урала. В этот раз мы хотим на ее примере показать, насколько трудно защитить в современном Екатеринбурге какой бы то ни было исторический объект.

На государственную охрану баню могли поставить еще во времена Союза. Но тогда у общественников в приоритете были, так скажем, малые формы.

— Планы застройки центра города высотными домами вынашивались еще в 1970-е годы. Генеральные планы крупных городов разрабатывались централизованно проектным институтом «Гипрогор», — рассказал Геннадий Сергеев, общественный инспектор ВООПиК. — Планы были однотипными и не учитывали специфики городов, главным образом, исторические центры, которые шли под ковш. Так было и у нас в 1980-х, когда были снесены многие памятники. С другой стороны во время перестройки свердловская общественность начала активно протестовать. В результате в 1987 году удалось физически отстоять дом инженера Фальковского (снесен в 2005 при строительстве ДЦ «Антей») и в конце 1980-х поставить многие памятники на государственную охрану.

Тогда, по мнению Геннадия Сергеева, присвоить объекту статус памятника было проще. Но баня была крупным и социально-важным объектом, снос ей, казалось, не угрожал. На охрану ставили, прежде всего, усадьбы, небольшие каменные, полукаменные и деревянные дома. Стремились сохранить целые кварталы. В наши дни попыток защитить баню было две. Первое заявление председатель общественной организации Олег Букин подал летом 2017-го года.

— Заявление было срочным, подготовлено в короткие сроки, поэтому не содержало всей полноты сведений об объекте. Оно носило характер упреждения. Нужно было купировать угрозу сноса, которая уже существовала на тот момент, — заявил Олег Букин.

Угрозу действительно удалось отвести, но только на время. Управление государственной охраны памятников бане отказало. Олег Букин считает, что причина отнюдь не в отсутствии исторической ценности бани, а в несколько иной плоскости.

— Согласно регламента, госорган обратился в три организации, которые дали отзывы на заявление: ВООПиК, «Екатеринбургский Центр по охране памятников» и НПЦ по охране памятников Свердловской области. Понятно, что Долгов (зам председателя ВООПиК — прим. авт.), который, по моим сведениям, имел отношение к проекту Сандунов (должны построить на месте бани), не мог дать положительный отзыв. В случае с Гениным (руководитель МКУ «Екатеринбургский Центр по охране памятников» — прим. авт.) тоже есть конфликт интересов: МКУ не может дать положительного заключения, так как входит в структуру администрации Екатеринбурга, которая, собственно, баню и продала. Остается НПЦ, которая под ведомством управления, которое, в свою очередь, не заинтересовано в выявлении памятников ни в каком виде. Это фобия господина Рябинина, руководителя управления, который боится, что если что-то поставят на охрану, застройщики пойдут жаловаться губернатору, и ему попадет по башке. Поэтому исход с заявлением по бане был очевиден, — уверен Олег Букин.

Мы не будем утверждать, что слова Олега Букина истинны на 100%. Обратимся к фактам. На сайте управления есть раздел выявленных объектов культурного наследия. В данном разделе размещены приказы, в том числе, и об отказе во включении в реестр выявленных объектов. Среди них есть знаковые строения: помимо бани, это кинотеатр «Темп», аэропорт «Уктус», ансамбль коттеджей 1920-х годов «Опытстрой» и другие. И надо же, какое совпадение, на месте этих зданий планируется или уже началось строительство «элитных» домов и торговых центров. И еще одно совпадение: отрицательные отзывы на объекты выдали три вышеперечисленные организации: ВООПиК, НПЦ и МКУ «Центр по охране памятников». По словам Олега Букина, содержание их отзывов не раскрывается, поэтому невозможно оценить, насколько обоснована позиция данных организаций. Есть проблемы и с судебным оспариванием решения управления. Если ты не собственник объекта, то суду крайне сложно доказать нарушение твоих прав.

Но вернемся к бане. Несмотря на отказ, баня на Куйбышева простояла почти год, пока летом инвестор не заявил о скорейшем начале проекта по строительству филиала «Сандунов». К тому моменту администрация Екатеринбурга тихо вышла из проекта, оставив баню один на один с частником. Буквально перед началом сноса Олег Букин подал второе заявление. На этот раз с заключением эксперта.

— Обоснование историко-культурной ценности в заключении было хорошим. Была проделана большая работа как мной, так и специалистом. Мы раскрыли и историческую, и архитектурную, и мемориальную ценность объекта. Но главное, что был соблюден принцип римского права: заинтересованная сторона не может быть судьей в своем деле. То есть заявление было подкреплено экспертным мнением независимого лица, что очень важно, — заключил Олег Букин.

Позиция управления государственной охраны памятников в этот раз была более категорична. Управление отказалось принимать заявление в работу, заявив, что в повторном заявлении не содержится новых сведений об объекте.

Снова обратимся к фактам. В первом заявлении на основе данных из открытых источников утверждалось, что архитектором бани был Вениамин Соколов. Во втором заявлении в ходе историко-архивных исследований выяснилось, что баню на Куйбышева построил архитектор Владимир Смирнов, будущий главный архитектор Свердловска с 1954 по 1961 гг. В первом заявлении архитектурный стиль бани был отнесен к безордерной классике. Во втором — к протоконструктивизму. В первом заявлении Олег Букин просил поставить на охрану только здание бани. Во втором — весь банный комплекс, включая котельную и хранилище для угля. Был установлен другой период строительства: 1926-1927 вместо 1926-1928.

Также во втором заявлении было указано, что баня была выстроена на фундаменте и стенах дореволюционных домов малаховской усадьбы, о чем не было упоминания в заявлении первом. Даны подробные описания фасадных решений, интерьеров и планировок. Приложены новые фотографии, чертежи и документы. Сам текст второго заявления в четыре раза больше. И в нем управление не нашло ничего нового. Олег Букин считает, что был использован формальный повод для отказа. В противном случае управление после принятия заявления было бы вынуждено требовать остановить снос бани, но в планы г-на Рябинина это не входило.

 

Александр ЗЫКОВ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.