Как превратить гражданско-правовую сделку в уголовное преступление

ОАО «Уралгипрошахт» еще недавно являлся в Уральском регионе единственной мобильной проектной организацией, занимающейся вопросами поддержания и развития предприятий по добыче угля и асбеста.

Основная масса угля завозится из Казахстана и других регионов. Перевод потребности Уральского региона в максимально возможной степени на собственные угли экономически и стратегически оправдан.
Вопрос о приостановке продажи акций или хотя бы о разбивке пакета на два-три лота с целью привлечения заказчиков, заинтересованных в сохранении профиля АО «Уралгипрошахт», неоднократно поднимался руководством области перед Минимуществом РФ.
Генеральный директор АО «Уралгипрошахт» Хатунцев Ю.В., защитивший диссертацию по экономической целесообразности угледобычи на Урале, постоянно будировал рассматриваемые вопросы на всех уровнях власти.
Проектные работы АО нуждались в дальнейшей компьютеризации производственных процессов.
Советом директоров АО «Уралгипрошахт» было дано задание генеральному директору изыскать денежные средства для указанных целей. В частности, говорили об этом член Совета директоров Ковалевский С.Д. и др.
На совещании специалистов АО «Уралгипрошахт» протоколом от 02.02.2002 г. было согласовано и поручено генеральному директору продать часть имущества на основании ст.ст. 69, 78, 79 федерального закона «Об акционерных обществах» (далее – ФЗ «Об АО) и Устава до 25% от стоимости активов общества, по цене не ниже балансовой, в том числе и сотрудникам для организации дочернего предприятия «Углепроект».
Пользуясь правом единоличного исполнительного органа АО (ст. 69 ФЗ «Об АО», Уставом АО) и согласием производственного совещания Хатунцевым в период с февраля по май 2002 г. осуществлен ряд сделок в количестве менее 25% от стоимости активов общества по цене на 20% выше балансовой стоимости.
Данное решение о продаже было рассмотрено филиалом института частного права при президенте РФ и юридическим институтом МВД РФ, признана его правомерность.
Во время отпуска Хатунцева будущим хозяином АО «Уралгипрошахт» ООО «Компания «Форпост» были скуплены акции сотрудников АО.
В сложившейся ситуации, Хатунцев в сентябре 2002 года уволился по собственному желанию.
В декабре на аукционе ООО «Компания «Форпост» скупило 64% акций, принадлежащих государству и стало хозяином АО «Уралгипрошахт».
Новое руководство АО «Уралгипрошахт» возбудило гражданское производство через арбитражные суды о незаконности сделок. Решениями более 22 арбитражных судов всех уровней сделки купли-продажи признаны законными.
Не найдя поддержки в арбитражных судах, руководство АО «Уралгипрошахт» подало заявление в Кировское РУВД о возбуждении уголовного дела в отношении Хатунцева и его покупателей по тем же мотивам.
Постановлением Кировского РУВД от 29.05.2003 г. в возбуждении уголовного дела отказано за отсутствием состава преступления в действиях подозреваемых.
На двух страницах четко и ясно сформулированы причины отказа со ссылкой на нормативные акты.
Забегая вперед, скажем, что это же дело, объединенное с ОАО «УралНИИгипрозем», по тем же основаниям, содержит 89 томов уголовного дела, 428 страниц приговора, 1938 страниц протокола при 80 свидетелях.
С приходом в Совет директоров бывшего начальника УВД области генерала Воротникова В.А., советника начальника УВД области, уголовное дело возбуждается без каких-либо следственных действий и вновь открывшихся обстоятельств.
Мы рассмотрим только те обстоятельства, которые стали причиной принятых судебных решений, т.к. только суд вправе принимать те или иные решения.
Приговором Кировского районного суда Хатунцеву и его покупателям, как далее их назовут: организаторами-исполнителями, исполнителями, пособниками (всего 7 человек), предъявлено обвинение по ч.4 ст.159 УК РФ, т.е. в мошенничестве по приобретению права на чужое имущество, путем злоупотребления доверием с использованием служебного положения группой лиц по предварительному сговору в особо крупном размере со сроками наказания от 3 месяцев до 7 лет.
Основные вопросы по делу:
1. Имел ли право генеральный директор – единоличный исполнительный орган, отчуждать имущество без согласования с Советом директоров и Министерством имущественных отношений до 25% от стоимости активов?
2. По какой цене продано имущество и почему долгое время не производилась его переоценка?
3. Какие цели преследовались при продаже имущества? Были ли они корыстными?
4. Была ли нарушена производственная деятельность предприятия и ликвидированы ли рабочие места?
5. Была ли организована преступная группа и составлен конкретный план действий этой группы? Существовал ли сговор участников группы? Были ли распределены среди них роли: руководителей, исполнителя, пособников в организации преступления?
6. Является ли ОАО «Уралгипрошахт» потерпевшей стороной?

Разберем каждый вопрос по порядку:
1. При просмотре материалов мы убедились в том, что совокупность сделок не является крупной сделкой, составляет 20,4 % от активов общества (стр.23 приговора), а стало быть она совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности в соответствии с ФЗ «Об АО» (ст. 78, 79) по договоренности сторон.
Генеральные директора ОАО «Уралгипрошахт» Федоров С.В. и Новосельченко П.Н. подтвердили, что сделка не является крупной, исходя из следующего укрупненного расчета: стоимость активов общества составляла 17,162 млн. руб., полномочия, разрешенные законом к отчуждению, т.е. 25 %, составляют 4,290 млн.руб., стоимость отчужденного имущества 4,092 млн.руб., что составляет 23,8 %.
При этом они высказали личное мнение, что все равно требовалось согласие Совета директоров. Именно на этих личных мнениях основывается обвинение, которое положено в основу приговора (допрос Федорова 27.11.2008 г., стр.37-38 протокола).
В приговоре (стр.176 абз.10) сказано, что Хатунцев, боясь ответственности, продал имущество по частям, чтобы каждая сделка была некрупной сделкой. Это является фальсификацией доказательств со стороны суда.
Злоупотребить доверием Совета директоров Хатунцев, как и его покупатели, которые никогда в институте не работали и понятия не имели об этом Совете, в силу закона не могли, т.к. полномочия Совета распространяются на сделки от 25 до 50% от стоимости активов общества.
Суд обвиняет Хатунцева в неисполнении контракта, который регулируется трудовым кодексом, а не уголовным. Смысл обвинения сводится к тому, что генеральный директор должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. А разве действия любого должностного лица, основанные на законе, являются преступлением? По приговору это именно так.

2. Цена продажи имущества на основании действующих ФЗ определяется по согласованию сторон, но не ниже балансовой стоимости.
В постановлении Пленума ВС РФ № 51 п.25 однозначно записано, что при определении стоимости похищенного имущества при мошенничестве стоит исходить из его фактической стоимости и только при отсутствии сведений о цене похищенного имущества его стоимость может быть установлена экспертным путем.
В данном случае, имущество, которое обвинение считает похищенным, учитывалось в соответствии с ФЗ «О бухгалтерском учете» п.3 ст.2, ФЗ «Об АО», на балансе АО «Уралгипрошахт» и имело свою фактическую стоимость (т.4 л.д.48, 129, т.18 л.д.90-94; 158-161).
Назначение экспертизы по цене продажи не требовалось и в первом процессе судьей Новоселовым М.В. ей не была придана значимость вещественного доказательства.
Судьей Мамаевым назначается экспертиза и сопоставляется рыночная стоимость этого имущества с балансовой стоимостью активов общества, и в приговоре появляются абсурдные результаты – 257,92 %.
Балансовая стоимость имущества никогда не может превышать балансовую стоимость активов общества.
Судьей областного суда Пахомовым при первом возврате дела прокурору в кассационном определении от 08.04.2009 г., также была ссылка на постановление Пленума ВС РФ № 51 и решения арбитражных судов об отсутствии необходимости экспертной оценки.
Здесь необходимо отметить, что следователь Минеев имел решения 22 арбитражных судов, которые на сегодняшний день не оспорены и сделки не признаны ничтожными, а также отчет 28/02 об оценке рыночной стоимости пакета акций ОАО «Уралгипрошахт», выполненный по заказу фонда Федерального имущества центром экспертизы «Профит», как обязательное условие при продаже акций.
В этом отчете записано, что рыночная стоимость пакета акций составляла 4,8 млн.руб., а стоимость действующего предприятия «Уралгипрошахт» 4,3 млн.руб., при балансе активов 16,7 млн.руб. и 5 204 кв.м площадей.
Подтверждением наличия отчета в деле является письмо гендиректора Федорова следователю Минееву от 06.07.2007 г. № 1/220, где указана надуманная стоимость проданного имущества – 49 млн.руб. При явной несопоставимости стоимостных показателей отчет 28/02 был изъят из дела. Данная копия отчета имеется у участников этого уголовного дела.
Обвинение в не переоценке имущества не правомерно, т.к. в обязанности руководителя, согласно Уставу, не входит и проводится при соответствующих постановлениях правительства или по инициативе Совета директоров либо руководителя.

3. О целях продажи имущества было сказано выше.
В материалах дела нет документального подтверждения корыстных целей. Ни один свидетель не утверждает, что сделки совершены именно из корыстных побуждений. Однако в выводах суда записано обратное. Предполагать можно все, но это нужно доказать (ст. 14 УПК РФ).
О свидетелях АО «Уралгипрошахт» образно сказал адвокат этой организации Голоднев А.В., что все свидетели являются «пустыми», а таких свидетелей, как генерал Воротников, член Совета директоров АО «Уралгипрошахт», не смотря на просьбу обвиняемых, судья Мамаев не вызвал.
4. Следствие и суд обвиняют Хатунцева в нарушении нормальной деятельности общества, а в чем это выражается, в виде каких конкретных финансово-экономических показателях, за какой период времени, из каких документов это следует, в приговоре данные отсутствуют. Основной показатель предприятия – прибыль возросла после сделок к концу года по сравнению с первым кварталом более, чем в два раза (т.18 л.д.142, 148, 155).
Денежные средства от аренды до приватизации шли на нужды коллектива, а после продажи большая часть поступала в ООО «Компания «Форпост» (со слов Анкудиновой, занимавшейся ранее арендой площадей).
Рабочие места не были ликвидированы.

5. Инкриминируемая обвинением преступная группа в составе Хатунцева, Казанцева, Казанцевой, Козловой, Коломейцевой, Баглаевой, Шимоняева не могла быть доказана, и суд исключил квалифицирующий признак – организованная группа и самостоятельно переквалифицировал «членов группы» в организаторов-исполнителей (Казанцев, Казанцева), исполнителей (Хатунцев) и пособников (стр. 200 приговора). Понятия «организатор-исполнитель» в законодательстве нет, это были покупатели, которых изолировали, видимо, для того, чтобы не мешали захвату имущества.
Придуманные судом роли ухудшили положение обвиняемых. А их конкретные деяния, т.е. кто, когда и при каких обстоятельствах совершал определенные действия, материалами дела также не подтверждены, кроме общих предположений.
Данными действиями суд вышел за пределы своих полномочий, т.к. от предъявленного обвинения обвиняемые не защищались (ст. 252 УПК РФ).
Необходимо отметить, что Казанцев более 10 лет являлся арендатором части площадей «Уралгипрошахта» и имел преимущественное право на приобретение имущества в этом здании.
Кроме того, преступление считается совершенным группой лиц, если в нем участвовали не менее двух исполнителей (п. 1,2 ст. 35 УК РФ). По уголовному делу исполнитель один Хатунцев. «Хорошо разработанного преступного плана» в материалах дела нет и не могло быть.
Сговор членов группы опровергается самим судом. Период приватизации определялся с 11.07.2002 г., т.е. с момента принятия распоряжения Минимущества по дату продажи акций, т.е. 15.12.2002 г. С сентября 2002 года Хатунцев уже не работал.
В приговоре (стр.176 абз.7) суд указал, что именно в этот период, т.е. с 11.07.2002 г. Хатунцев вступил в преступный сговор со своими сообщниками, тогда как сделки совершены в период с февраля по май 2002 г. Такие доказательства сговора выглядят, как минимум, странно: сначала продали имущество, а потом начали договариваться.

6. Трудно представить ОАО «Уралгипрошахт» потерпевшей стороной, т.к. все имущество, движимое и недвижимое, площадью 5204 кв.м., с учетом полученных от сделок 4,092 млн.руб., были приобретены на аукционе за 7,9 млн.руб. при балансовой стоимости 16,5 млн.руб. (бюллетень «Инвестор» № 30, 35 за 2002 г.).
Новый акционер ООО «Компания «Форпост» ОАО «Уралгипрошахт» получил от «преступных» сделок больше, чем государство при продаже пакета акций.
Необходимо отметить, что примерно 70% по времени судом рассматривались вопросы, не касающиеся мошенничества, что и привело к такому объему материала и длительности процесса, который, похоже, велся не в интересах объективности рассмотрения дела. В первом процессе на вопрос судьи Новоселова, кто был инициатором возбуждения уголовного дела, Федоров ответил, что его пригласил следователь Минеев и предложил ему написать заявление. Из этого можно понять, что АО «Уралгипрошахт» стать потерпевшей стороной помогли следственные органы. После всех этих дел Минеев довольно скоро уволился из правоохранительных органов.
Федеральный представитель президента по защите прав предпринимателей Б. Титов писал в газете АиФ № 32 за 2012 год, что 80% уголовных дел против предпринимателей заводятся, когда есть обвиняемые, но нет пострадавшей стороны.
При двукратном возвращении дела прокурору председательствующими судьями Громовой, Пахомовым и судьей Мирошниченко указано на неконкретизированность обвинения, непонятно, чьим доверием злоупотребили, кто из членов группы чем занимался, на каком основании цена продажи устанавливалась экспертным путем, не учтены решения арбитражных судов и ст. 90 УПК РФ о преюдиции, на каком основании считать АО «Уралгипрошахт» потерпевшей стороной, когда 64% акций принадлежат государству, стало быть и потерпевшей стороной должно быть государство. То есть данными документами была поддержана позиция защиты.
Принявший к производству уголовное дело судья Мамаев своим постановлением от 24.02.2010 г. дезинформировал областной суд о том, что все нарушения устранены.
Ни одно из указанных нарушений, как показывают материалы уголовного дела, устранены не были, а наоборот, вопреки законодательству, изменены и дополнены при отсутствии вновь открывшихся обстоятельств.
Своими кассационными определениями от 31.03.2010 и от 19.10.2012 г.г. этими же судьями (Пахомовым и Громовой) при тех же обстоятельствах дела утверждается абсолютно противоположная позиция, что послужило основанием для вступления приговора в законную силу.
Судья Ермаков своим постановлением отказал в удовлетворении надзорной жалобы в Президиум облсуда в интересах Хатунцева, а затем подготовил материал для председателя суда по этим же вопросам. Спрашивается, что он мог написать кроме того, в чем не разобрался ранее?
На запрос Хатунцева в Областной суд о повторном участии судей при рассмотрении одних и тех же вопросов зам. председателя по уголовным делам Хрущелев в своем ответе от 19.06.2013 г. сослался на УПК РФ, тогда как ст. 63 УПК РФ и определение КС РФ № 733-О-П от 17.06.2008 г. говорят о недопустимости повторного участия судей в процессах. Стоит уточнить, кто повторно назначал данных судей и с какой целью?
При производстве уголовного дела допущены следующие нарушения процессуального закона:
• обвинительное заключение составлено за пределами срока предварительного следствия и не имеет юридической силы, поскольку срок предварительного следствия был продлен до 26 месяцев до 21.11.2009 г., обвинительное заключение составлено 23.11.2009 г.. После возвращения делу прокурору и составления нового обвинительного заключения, срок предварительного следствия, в установленном законом порядке не продлевался. Обвинительное заключение составил следователь Минеев, которому руководителем следственного органа таких поручений не давалось. Чем нарушены требования ст.ст. 39, 156 , 162 УПК РФ;
• нарушена подсудность. Согласно ч. 2 ст. 32 УПК РФ, если преступление было начато в месте, на которое распространяется юрисдикция одного суда, то уголовное дело подсудно суду по месту окончания преступления. По данному делу местом преступления является Ленинский район, а не Кировский;
• шесть судей областного суда (Громова, Пахомов, Мирошниченко, Ермаков, Казанцев, Коновалов) дважды участвовали в одних и тех же процессах, что недопустимо согласно законодательству;
• не учтен 10-летний срок давности. Согласно постановлению Пленума ВС РФ № 51 п. 4, где сказано, что, в частности, срок истекает с момента заключения договора, т.е. в данном случае с мая 2002 г.
• проводились заседания суда без участия Хатунцева в процессе в нарушение ч. 1 ст. 247 УПК РФ. В это время он находился в стационаре кардиологии, чем нарушено его право на защиту.
• приняты в качестве доказательств несанкционированные телефонные соединения.

При рассмотрении уголовного дела в суде Кировского района в первом процессе судьей Новоселовым принимались решения на основании закона. Во втором процессе судья Мамаев при тех же обстоятельствах судил по предположениям, тем самым явно или неявно способствуя рейдерскому захвату имущества в связке со следствием.
В своих обращениях на имя председателя облсуда Дементьева, Хатунцев писал, что кассационным судом без фактических и правовых мотивов поддержано сфальсифицированное обвинение и приговор, и судьи своими действиями совершили должностное преступление против правосудия. Ответа не последовало.
О судьбе ОАО «Уралгипрошахт» со слов старейшего работника института Дедова стало известно, что проектировщикам предложено увольняться, и в настоящее время осталось порядка 10 человек.
Решением суда Октябрьского района, на основании приговора, предъявлено к оплате упущенная выгода физическим лицам, которые к аренде отношения не имеют, в 15-кратном размере по сравнению со стоимостью самого имущества без доказательств истца: наличия договоров аренды, балансов, платежных документов на основании предполагаемой суммы от сдачи помещений в аренду. Судья Ермолаева возбудила исполнительное производство до вступления решения суда в законную силу, что недопустимо. Данное решение судьи могло быть причиной ее некомпетентности либо заинтересованности в исходе дела. По-видимому, правильный ответ должна (может) дать квалификационная коллегия.
По жалобе Баглаевой в постановлении ВС РФ от 24.04.2014 г. судьей Магомедовым жирным шрифтом поручено рассмотреть президиумом облсуда все доводы осужденной. Президиумом облсуда рассмотрен вопрос только по экспертизе. А по основным вопросам, а именно крупности сделки, цене продажи, процессуальным нарушениям сделана, как всегда, отписка, что все изучено и обосновано, тогда как ничего не обосновано и не конкретизировано.
При выступлении Хатунцевым на президиуме было сказано, что приговор сфальсифицирован. Председательствующий Дмитриев, зам.председателя облсуда, прервал Хатунцева и сказал, что рассматривается жалоба Баглаевой, а Хатунцев в ВС РФ не обращался. Учитывая, что осужденным предъявлено обвинение в злоупотреблении доверием Совета директоров, групповых действиях и наличии грубейших нарушений процессуального закона, рассматривать обособленно жалобу Баглаевой не правомерно.
В определении КС РФ № 42-0 от 25.01.2005 г. сказано, что нельзя в суде надзорной инстанции игнорировать или произвольно отклонять доводы жалобы, не приводя фактические и правовые мотивы отказа, а также дополнительно представленные сторонами материалы.
Президиум облсуда не учел данное определение Конституционного суда и фактически проигнорировал постановление ВС РФ от 24.04.2014 г.
В одной из предвыборных статей В.В.Путин писал: «Мы должны изменить само государство, исполнительную и судебную власть в России, демонтировать обвинительную связку правоохранительных, следственных, прокурорских и судейских органов. Исключить из уголовного законодательства все рудименты советского правосознания, все зацепки, которые позволяют делать из хозяйственного спора уголовное дело на одного из участников. Все экономические дела должны перейти из судов общей юрисдикции в арбитражные суды». Мы полагаем, что это касается и рассматриваемого уголовного дела, которому явно не достает оценки Верховного суда РФ.

Ольга ВАСИЛЬЕВА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.